reporter67 (reporter67) wrote,
reporter67
reporter67

Category:

Женщина в золотом

Безусловно это драма. Но положенные в основу сюжета страсти говорят не столько о человеке вообще, сколько о неотвратимости возмездия. Каким бы не было преступление — идёт ли речь о физическом насилии или о присвоении ценностей; и кем бы оно не совершалось — горсткой авантюристов или целым народом, справедливость должна восторжествовать. В этом пожалуй и состоит главный замысел фильма «Женщина в золотом».
Реальная история Марии Альтман всколыхнула Европу в середине нулевых. Наследница сахарного магната Фердинанда Блох-Бауэра вздумала судиться с целой страной из-за утраченных её семьёй художественных ценностей. Суть претензий уходит корнями в предвоенную Европу. Вскоре после аншлюса Австрии фашистской Германией евреи стали подвергаться гонениям. Венская квартира Блох-Бауэров попала под раздачу одной из первых — нацисты конфисковали всё что только имело стоимость, включая полотна Густава Климта. Одно из них «Адель Блох-Бауэр» по праву считалось семейной реликвией — на нём была изображена тётя Марии. Коллизия в том, что Адель завещала передать свой портрет и еще пять работ выдающегося австрийского мастера ар-нуво венской государственной галерее. Но Фердинанд, муж, умер гораздо позже, успев стать заочно (из Цюриха) свидетелем разграбления квартиры брата, в которой он и оставил «Адель в золотом». Во многом именно под впечатлением от этого произвола он и внёс коррективы в последнюю просьбу жены — право наследования картин Климта он передавал одной из племянниц, своих дочерей у них с Адель не было.



Сюжетная завязка фильма начинается в Лос-Анжелесе в наши дни. Мария хоронит свою сестру ведавшую наследием Блох-Бауэров. Среди её бумаг госпожа Альтман и находит документы, из которых становится известно о правах семьи на шедевр, ставший к тому времени уже национальным символом Австрии. Подруга, наследница другого славного рода австрийских евреев Шенберн, предлагает ей услуги сына, юриста-неудачника. На том и закручивается интрига. После провалившейся попытки открыть свой бизнес Рендольф Шенберн устраивается в солидную адвокатскую компанию. А тут назойливая старушка с какой-то томной историей про наследие предков. Взаимный интерес, так же как и симпатия возникают не сразу. Но полистав документы и вникнув в детали, молодой юрист все же берется за дело. Вдвоём с Марией они едут в Вену, где узнают подробности дела и знакомятся с местным журналистом, который открывает глаза на особенности национального правосудия Австрии... Венец путешествия - подача заявки в комитет по реституции с требованием возврата ценностей, точнее 5 картин. Не смотря на юридические основания и принятый в стране закон им отказывают в удовлетворении. А для того, чтобы начать тяжбу с государством требуется залог в размере полутора миллионов долларов. Разочарованные Мария и Рендольф вынуждены ни с чем возвращаться домой.

Мирен.jpg

Но перед этим происходит, быть может, один из ключевых диалогов всей драмы. К Марии подходит обеспокоенный возможной потерей шедевров директор музея Бельведер, где они хранятся. Предлагаются взамен другие полотна, только не «Адель Блох-Бауэр» и не Климт. В ответ же звучит невероятное: от своих притязаний фрау Альтман готова отказаться, но только в том случае, если галерея признает свою вину в том, что приобрела работы Климта не законным путём. Как, ведь это же австрийская Монна Лиза и государство уже не фашисткое, а вполне цивилизованное европейское?! В общем мы хорошо знаем, как умеют негодовать чиновники и не только австрияки. Но их успех в данном случае лишь временный.

Первоначально смирившись с поражением, Рендольф, тем-не менее, не оставляет попыток вернуть процесс в прежнее русло. И одну из таких возможностей он видит в возбуждении дела против правительства Австрии в американском суде. Их претензии принимаются, в том числе и самой высокой инстанцией. Интересно замечание одного из правовых экспертов, который заявляет перед перед верховным судом США, что иск частного лица к другому государству может спровоцировать целую волну подобных исков от людей, пострадавших в результате холокоста и произвола в период нацизма. А это прямой путь к ухудшению отношений с той же Австрией. Очень метко и очень иронично отреагировал судья: «Иск госпожи Альтман может привести к коллапсу в межгосударственных отношениях?»
Вот ведь действительно, незадача! После драматичной ремарки, вроде бы, напрашивался один вывод: государство, новая, не фашистская Австрия, не должно нести ответственность за деяния своих правителей. Ан нет, постановляет американская Фемида: должно!
А дальше разбирательство возвращается на австрийскую землю. Надежды мало. Но многое решает проникновенная речь Рендольфа. К тому времени он и сам оценил масштаб преступления, проникся той трагедией, которая коснулась и его близких тоже — семья деда погибла в концлагере Майданек.
Фильм замечателен тем, что судебная история не превращается в сухой юридический квест. Она развивается на фоне воспоминаний Марии. Из её памяти не стёрлись сцены, свидетелм которых она была на улицах аристократичной Вены - торжество варваров, причем не только в униформе, но и в обличье простых мирных граждан. Не забыла она, как вместе с мужем бежала из родного города, вынужденная оставить родителей во власти преступников... Всё это не просто ретроспектива, всё это становится личной доказательной базой того, что она поступает правильно, даже если лишает целый народ реликвии. Насчет реликвии, кстати, тоже история. Когда суд Австрии принял решение о возвращении картины законному владельцу, страну захлестнула целая волна плача по утраченному достоянию. Министерство культуры даже пыталось начать сбор средств для выкупа шедевра. Но цена явно зашкаливала - от первоначальных 130 поднялась до 300 миллионов долларов. И это при том, что бюджет всего культурного ведомства республики на тот момент не превышал 150 миллионов. Были угрозы, были петиции... Но госпожа Альтман сталась непреклонной. У неё были не только юридические, но и моральные основания. Что же касается зрителя, то для него сюжет - поучительный пример того, как тщательно надо подходить к так называемому нравственному выбору. Да, миг торжества силы и беззакония упоителен, особенно когда в одном порыве слились народ и власть предержащие. Но за этим неизбежно следует горькое искупление. И не важно какова его цена, картина или захваченная территория, главное что оно, как и всякая справедливость, рано или поздно наступает.
Стоит отметить, что исполнительнице главной роли Хелен Миррен, не раз и весьма удачно изображавшей наследниц английского трона, тема неотвратимости тоже не чужда. Её девичья фамилия Миронова — напоминание о другой исторической драме, революции 1917 года. Отец Хелен, российский дипломат, отказался служить варварам — большевикам, посчитав изгнание для себя меньшим злом. Но это уже другой сюжет и возможно другое кино.

Tags: Адель Блох-Бауэр, Женщина в золотом, Хелен Мирен, реституция
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments